Francomanie

Франция: налоги выпроваживают богачей

film — Fri, 28 Dec 2012 11:21:37 GMT

Франция: налоги выпроваживают богачей

Взять все и поделить. Вновь и вновь обнаруживая, что на свете, оказывается, по-прежнему существуют бедные и богатые, человечество постоянно с воодушевлением бьется об одни и те же грабли: пытается отобрать лишнее у богатых и решить за их счет все проблемы бедных. Однако это никогда не удается. Но неудачи, похоже, только подогревают энтузиазм.

С 2013 года во Франции вводится налог в 75 процентов на доходы граждан, которые зарабатывают более 1 миллиона евро в год. Это инициатива президента республики Франсуа Олланда. По его словам, уплата этого налога даст богатым французам возможность проявить свою гражданскую позицию и помочь стране в трудную минуту. Напомним, республика в настоящий момент обременена огромным госдолгом, превышающим 1,8 триллионов евро. Богатые французы заботы Франсуа Олланда не оценили, пакуя срочно чемоданы спешат покинуть страну. Такая постановка вопроса партию власти, по-видимому, расстроила. И удивила.

Наибольшую известность получила история с эмиграцией французского актера Жерара Депардье, поступок которого премьер-министр Франции Жан-Марк Эро назвал "жалким". Депардье подвергся на родине самой настоящей травле, хотя был отнюдь не единственным, кто по каким-то неожиданным для власти причинам не захотел отдавать государству ¾ заработанных денег. Вместе с ним Францию покидают Бернар Арно, совладелец крупного производителя предметов роскоши Louis Vuitton, Moet и Hennessy, и президент совета директоров Schneider Electric Жан-Паскаль Трикуар. Почетный президент L'Oreal Линдси Оуэн-Джонс с лета живет в Швейцарии, сообщает "Сноб".

Похоже, властям Франции, пообещавшим оздоровить экономику страны за счет отбора средств у самых активных ее участников, придется как-то справляться самостоятельно. Зажиточные жители республики выполнять чужие обещания не намерены: сам ковбой, вот и прыгай.

Впрочем, нельзя не отметить, что следование политике "взять все и поделить" еще никогда не давало положительных экономических результатов. Зато оно раз за разом приводит к положительным политическим: идея отобрать у богатых и раздать бедным крайне популярна в народе еще со времен Робина Гуда. Хотя итог с завидным постоянством остается одинаковым. Впервые его продемонстрировал сам Робин Гуд, в сухом остатке бурной деятельности которого вышло, что бедные не стали ни на пенни богаче, богатые — беднее, но сам Родин Гуд женился на благородной девице Мериан, чем существенно поправил свое социальное положение.

Президенту Франции попытка повторить подвиг Робина Гуда вполне удалась. По крайней мере, сначала удавалась. В первые четыре месяца после избрания Франсуа Олланда его рейтинг серьезно упал, около 60 процентов французов были недовольны его правлением, и Олланд вынужден был пойти на беспрецедентные меры: выполнить свои предвыборные обещания. И не какие-нибудь, а самую популярную часть программы, обеспечившую ему и его Социалистической партии победу в голосовании. Франсуа Олланд ввел огромный 75-процентный налог на роскошь, который позволил ему улучшить свое положение, однако стал таким же неэффективным, как большинство налогов на роскошь в мире, собираемость которых обратно пропорциональна их величине.

Малая рентабельность налога на роскошь обусловлена рядом объективных причин. И первая из них — социально-экономическая. Налог на роскошь по определению собирается с самых обеспеченных слоев населения. То есть, с тех людей, которые могут себе позволить услуги самых квалифицированных экономистов, юристов и бухгалтеров, чтобы разработать схемы ухода от налогов. Чтобы противопоставить работе этих специалистов хоть что-то, государство должно держать штат таких же квалифицированных работников. При этом если каждый состоятельный человек должен содержать один такой штат, то государству необходимо оплачивать штаты по числу налогоплательщиков. Государство никогда не соберет с них столько, чтобы можно было покрыть эти расходы. Несмотря на кажущуюся прибыльность идеи, цена администрирования всегда будет выше, чем сумма собранного налога.

Еще одна причина - психологическая. Люди, у которых есть большие деньги, ценят свои сбережения. Ведь если человек деньги не ценит, больших сумм у него никогда не заведется: он потратит их тут же, как только у него что-то появится в кошельке. Так что вряд ли можно убедить имеющих солидные накопления людей расстаться с ними, напирая на какие-то романтические ценности. Например, на патриотизм, как это попытались сделать во Франции.

Очевидно, французам придется искать другие финансовые источники, чтобы решить проблемы государственной экономики. Богатые граждане страны не собираются в принудительном порядке решать их своими деньгами.

20.12.2012

Анастасия Гарина; pravda.ru

Праздность – мать всех пороков

film — Sat, 15 Dec 2012 02:38:27 GMT

Праздность – мать всех пороков

В последние недели репортажи о событиях во Франции на наших телеэкранах стали так же привычны, как прогноз погоды. О причинах погромов спорят политологи, социальные психологи, лидеры религиозных конфессий.

Анатолий ВАССЕРМАН, политический аналитик и известный гроссмейстер телевизионных интелектуальных игр, взялся объяснить эти перипетии бытия.

События в Париже очень многие объясняют только «зловредностью» ислама.
Не спорю: в нем есть крайне агрессивные течения. «Присосавшись» к любой социальной болезни, они резко усугубляют ее ход. Но для того, чтобы агрессивный исламизм обрел почву, прежде всего нужна социальная болезнь. В данном случае эта болезнь – праздность.

Не ходи налево
На протяжении двух десятков лет во Франции значительная часть иммигрантов из бывших колоний и их детей имела возможность пользоваться значительными социальными льготами и вообще не работать. Это «заслуга» местных левых политиков.
В свое время левые особо прославляли указание апостола Павла на то, что «кто не трудится, тот и не ест». Но почему-то адресовали это указание только тем, чей труд были не в состоянии понять. Поясню. Левые, например, считали бездельниками бизнесменов. В частности, тех, чья работа – организация производства и поиск новых направлений приложения своих сил. Зато людей, которые вообще не способны заниматься чем-либо созидательным, всячески защищали, поддерживали и готовы были вечно подкармливать за счет созидателей.
Праздность – мать всех пороков. Неудивительно, что человек, которого держат в праздности и подкармливают, рано или поздно разучается делать что-либо полезное, требующее от него немалых физических и умственных энергозатрат. И начинает бунтовать против тех, кто пытается призвать его к зарабатыванию необходимых на жизнь средств.
Во Франции это не первый случай. В 1968 году точно так вели себя вполне коренные французы – студенты, которые благодаря очередной реформе высшей школы получили возможность подолгу оставаться на одном и том же курсе и при этом получать стипендию, даже не трудясь делать вид, что они учатся. Когда же правительство решило призвать их к порядку и отнять привычные блага, в Париже вспыхнул бунт, похожий на нынешний.
Сейчас левые нападают на министра внутренних дел Николя Саркози, обвиняя его чуть ли не в ненависти к приезжим. Но это явное лукавство: министр сам по происхождению венгр и поэтому не может относиться к эмигрантам с предубеждением. И тогда его обвиняют в нетерпимости к людям иных религиозных традиций. Причем обличители забывают, что те, против кого он выступает, сами провозглашают нетерпимость.
В исламе есть важный момент – весь мир должен стать исламистским не просто по воле Божьей, а усилиями самих верующих. В ряде течений ислама, которые как раз и исповедуют многие поселившиеся во Франции выходцы из бывших колоний, при этом подразумеваются усилия воинственные.
Удастся ли Франции взять своих бунтовщиков под контроль, во многом зависит от позиции левых.

Анатолий ВАССЕРМАН